Любая библиотека всегда излучает то, что стоит за хранимыми в ней артефактами и служит местом для встреч тех, кто стремится к осознанию сокровенной сути вещей и явлений.

Главная arrow Библиотека - Книги по главам arrow Глава V.
Глава V.

Возможность дальнейшего развития человека — Отсутствие сознания — Познание истины — Изучение степеней сознания — Самовоспоминание и самонаблюдение — Невозможность определения самовоспоминания — Самовоспоминание — это метод пробуждения — Приближение к самовоспоминанию через интеллектуальный центр — Перестройка мыслей — Остановка мыслей как метод приобретения самовоспоминания — Вспоминание себя в эмоциональные моменты — Невежество и слабость — Отождествление и борьба с ним — Внешнее и внутреннее учитывание — Отрицательные эмоции — Спокойное место в себе.

Было бы хорошо, если бы время от времени вы пытались суммировать в своем уме то, что вы слышали до сих пор; так как, спустя некоторое время после посещения лекций и бесед, человек начинает забывать хронологию идей, а важно помнить порядок, в котором они даются.

Из всего, что вы слышали, наиболее важной идеей является та, что с определенным знанием и определенными усилиями человек может развиться, он может завершить себя. Развитие человека, если это процесс (это вообще не обязательно), проходит через некоторые определенные стадии и ступени. Если вы обратитесь к началу, вы вспомните, что было сказано об отсутствии сознания в человеке, и тот факт, что когда человек понял это, это понимание дает ему возможность приобретения сознания, и вы увидите, что это и есть направление, в котором человек может развиваться. До тех пор, пока он не понял, что является просто машиной и что все процессы, протекающие в нем, являются механическими, он не может начать изучать себя, ибо это понимание является началом самоизучения. Изучение должно начаться с понимания того, что мы не обладаем самосознанием, что мы не можем осознать себя в моменты действия или мысли. Это первый шаг. Вторым шагом является понимание того, что мы не знаем себя, не знаем нашу машину, и как она работает. А следующим шагом является понимание того, что мы должны овладеть методами самоизучения. Мы наблюдаем себя всю нашу жизнь, но не знаем, что значит самонаблюдение. Действительное самонаблюдение должно быть основано на фактах.

Таким образом, одним из первых вопросов является: как помнить себя, как стать более сознательным? Недостаточно допускать это отсутствие сознания в себе; нужно увидеть это в фактах, проверить это личным наблюдением.

Мы не представляем себе, что такое сознание и что оно заключает в себе. Если бы нам удалось стать сознательными хотя бы на полчаса, мы могли бы увидеть удивительные вещи и научиться невероятно многому. Таким образом, сознание является целью само по себе, благодаря тому, что оно дает, и оно означает также шаг в направлении объективного сознания.

Необходимо сказать немного об этом, о том, что подразумевается под четырьмя степенями сознания, которыми человек может обладать. Если мы возьмем это с точки зрения познания истины, тогда во сне мы не можем узнать разницу между тем, что истинно и что не истинно. Все вещи, которые мы видим в снах, выглядят похожими друг на друга. В бодрствующем состоянии мы уже имеем больше шансов распознать разницу между вещами: форма вещей определяется нашим зрением, поверхность вещей — прикосновением, и, до некоторой степени, мы можем ориентировать себя путем восприятия наших органов чувств. Таким образом, имеется объективный элемент, но сами мы остаемся субъективными к себе. Когда мы становимся самосознающими, мы становимся объективными к себе, а в объективном сознании мы можем знать объективную истину обо всем. Таковы степени сознания.

В. Должны ли мы изменить наше знание, чтобы увидеть вещи такими, какими они являются в действительности, и узнать истину?

О. Нет, в теперешнем состоянии сознания мы не можем подойти к вещам, какими они являются; мы должны изменить наше состояние сознания. Но мы можем уничтожить некоторые наслоения лжи. Вещи окружены ложью. Мы можем снять одну, две или три кожи и подойти ближе к реальности.

В. Мне не ясно, что значит высшее сознание. Как я могу думать об этом?

О. Мы поймем возможность высшего сознания тогда, когда поймем, что мы вообще не сознательны. Мы сознательны только в редкие моменты, которые не контролируем. В настоящее время мы находимся в двух состояниях — во сне и в полубодрствующем состоянии.

Теоретические сравнения состояний сознания и словесные описания не помогут; но когда мы начнем пробуждаться, мы поймем то состояние, в котором находимся в настоящее время. Необходимо находить моменты самовоспоминания, и тогда, в эти моменты, вы увидите разницу. Изучая себя, вы увидите, что можете быть весьма близки ко сну или можете быть близки к самосознанию. Таким образом, изучение начинается с изучения этих различных состояний

в себе. Например, когда мы принимаем себя за одно или не думаем об этом, — тогда мы близки ко сну. Но когда мы начинаем делить себя и узнавать, что в каждый момент говорит только одно “я” или одна группа “я”, тогда мы ближе к самосознанию, ближе к объективным фактам.

Имеются различные пути изучения сознания в себе. Вначале приходит понимание того, что человек не может быть сознательным, когда он хочет этого. Наилучшим временем, чтобы понять это, является время после того, как вы что-то сказали или сделали. Допустите, что вы говорили о некотором важном деле или писали письмо, тогда спросите себя: “Был ли я сознателен в то время?”. Кроме этого, вначале приходит понимание того, что вы не одно “я”, а имеете много различных “я”.

В. Как мы можем распознавать, являемся ли мы самосознающими?

О. Вы будете знать; это совершенно особое ощущение. Когда вы попытаетесь быть сознательными в течение одного момента, а затем сравните его с другим моментом, когда не пытаетесь быть сознательным, вы увидите разницу. Это нельзя описать. В один момент вы сознаете себя, в другой момент не сознаете себя:

вы что-то делаете, говорите, пишете — и вы не являетесь сознательными.

Только вы должны помнить, что было сказано в самом начале, — мы должны изучать не только состояния сознания, но также препятствия к приобретению сознания. Таким образом, мы должны изучать их, а затем удалять их. Все эти препятствия находятся в нас самих. Мы не можем изменить внешние обстоятельства, мы должны принять их такими, какими они являются, и изменяться внутренне в этих обстоятельствах.

В. Если вы наблюдаете себя в течение одного момента, являетесь ли вы сознательным в этот момент?

О. Не обязательно; это может быть совершенно механическим. Но если вы сознательны в то время, когда наблюдаете, линия вашего внимания будет походить на две стрелки: одну, показывающую внимание, направленное на ту вещь, которую вы наблюдаете, и другую — на себя.

В. Я не могу понять связь между самонаблюдением и самовоспоминанием. Как начать, что делать?

О. Самовоспоминание есть попытка осознать себя. Самонаблюдение всегда направлено к некоторой определенной функции: либо вы наблюдаете ваши мысли, либо движения, либо эмоции, либо ощущения. Необходимо иметь определенный объект, который вы наблюдаете в себе. Самовоспоминание не делит вас, вы должны помнить целое, это просто ощущение “я”, самого себя. Они могут прийти вместе, особенно на более поздних стадиях, и тогда вы

будете способны делать то и другое в одно время — наблюдать нечто определенное, или распознавать в себе проявления, и помнить себя; но в начале обе эти вещи различны. Вы начинаете с самонаблюдения — это нормальный путь — и через самонаблюдение вы поймете, что не помните себя. Когда вы поймете это и то, что в очень редкие моменты вспоминаете себя, тогда любой человек, который не является определенно предубежденным, будет способен понять, что возможно увеличить эти моменты самовоспоминания. И тогда вы попытаетесь сделать это.

В. Мне трудно решить, действительно ли я наблюдаю себя или только вспоминаю вещи впоследствии.

О. Вначале нет особой необходимости беспокоиться о том, самонаблюдение это или самовоспоминание; делайте только то, что вы можете: либо наблюдайте в определенный момент, либо вспоминайте это немедленно, либо вспоминайте спустя некоторое время. Но позднее вы будете улавливать особые моменты, когда сможете сознавать себя именно в тот момент, когда вещи случаются. Это будет самовоспоминание.

В. Откуда вы знаете о чудесных результатах, которые будут сопровождать самовоспоминания?

О. Вы видите, это связано со всей идеей развития, с возможностью изменения бытия. Это одна из первых вещей, которую мы должны понять: что человек не ограничен оставаться таким, каким он является; он может измениться. Существуют различные категории человека, которые могут быть достигнуты после длительной и упорной работы. Если мы сможем быть более сознательными, это заставит работать высшие центры. Функционирование высших центров будет во многом удивительным. Идея самовоспоминания входит во многие системы и учения школ, но она находится не там, где следует, она никогда не становится на первое место. Но настоящая система говорит, что вы не помните себя и что если вы поймете, что не помните себя, то будете способными чего-то достичь. Самосознание является наивысшим возможным изменением, так как в обычных условиях жизни никто не сознает себя, и все же люди не понимают этого. Все сидящие здесь, если они спросят себя искренне, сознают ли они себя, должны ответить отрицательно. Никто не сознает себя. Вся идея состоит в том, чтобы сознавать себя на этом месте, в данный момент. Это есть начало, ибо каждый должен начать где-то. Позднее это может принимать различные формы, многие другие вещи могут быть включены сюда.

Невозможно описать это: это материал для наблюдения и изучения. Описания не помогут, каждый должен упражняться. Обычно никто не вспоминает себя, никто не сознает себя. Это обычное состояние человеческого бытия, человека-машины. Но если он

знает об этом, если он понимает это и думает об этом, самовоспоминание становится возможным. Только вначале самовоспоминание приходит очень медленно, и оно очень мало, с длительными промежутками отсутствия самовоспоминания.

В. Является ли существенной чертой самовоспоминания обычное состояние настороженности ума?

О. Нет, вы не можете понять это таким образом. Это очень узкое понятие. Это особое состояние, более отличное от нашего настоящего сознания, чем настоящее состояние отличается от физического сна; но даже сравнение сна с обычным состоянием дает вам некоторую возможность понимания разницы. Когда вы спите, ваш мир ограничен ощущениями, но когда вы пробудились и находитесь в объективном мире (хотя вы видите этот мир в субъективных категориях), он значительно менее ограничен. Но, когда вы поймете, что это не есть полное пробуждение, что вы пробудились менее чем наполовину, вы поймете, что, пробудившись полностью, вы найдете себя в еще более богатом мире и увидите и поймете многие из его характеристик, которые в настоящее время проходят незамеченными.

В. Я хочу знать, можно ли ожидать, что самовоспоминание, по меньшей мере в ранней стадии, состоит из бесплодной остановки внимания на чем-то ином, чем на себе?

О. На ранней стадии это может быть только пониманием того, что вы не помните себя. Если мы поймем, как мало сознаем себя и насколько кратковременны моменты, когда мы сознательны, когда мы понимаем это, чувствуем это и осознаем, что это значит, тогда мы можем понять, что значит самовоспоминание. Если вы поймете важность этого факта и все, что он заключает в себе, он не будет бесплодным. Но если вы не поймете его, вы совершенно правы, он будет бесплодным. Тогда это будет просто странным упражнением, которое никуда не ведет.

В. Приходит ли самовоспоминание автоматически, когда вы понимаете, что не помните себя?

О. Это и есть самовоспоминание. Вы не можете сделать следующий шаг без понимания того, где находитесь. Это есть один и тот же процесс, одна и та же вещь. Чем больше вы понимаете, как неприятно и опасно быть машиной, тем больше у вас возможности измениться.

В. Как?

О. Всегда имеется нечто, что мы можем делать в некоторые моменты. Вы должны знать эти моменты, узнать, что делать и как. Мы изучаем двери. Самовоспоминание есть дверь. Если понимание того, что мы не помним себя, становится непрерывным, тогда мы можем вспомнить себя. Ежедневно вы можете находить время для понимания того, что не помните себя; это постепенно приведет

вас к самовоспоминанию. Я не имею в виду помнить, что вы не вспоминаете себя, но понять это.

Я повторяю, бесполезно смотреть на определения, они делают понимание только более трудным. Что действительно полезно для понимания, это сравнение различных степеней внутри нашего обычного состояния, ибо даже в нашем обычном состоянии относительного сознания имеются различные степени, различные уровни: мы можем быть ближе к пробуждению и дальше от него. Мы можем увидеть столь огромные различия в себе, когда мы действительно научимся наблюдать, это покажет нам возможности, которые мы имеем. Это единственное, что несомненно. Мы всегда движемся между двумя берегами — между сном и бодрствованием. Движение ближе к одному берегу или ближе к другому создает две различных возможности: одна есть развитие, другая — упадок.

В. Вы просили нас не принимать ничего на веру. Знаете ли вы, что более высокие состояния сознания действительно были достигнуты?

О. Да. Прежде всего вы можете найти много описаний в литературе о том, как мистики и религиозные люди пришли к тем же вещам. Сходство описаний этих опытов является наилучшим доказательством. Люди различного рода в различных странах, с разницей в тысячи лет, живущие в различных условиях, пришли к такого же рода опыту различными путями. Затем вы можете найти много людей, имеющих личный опыт такого рода, доказывающий, что существуют совершенно различные состояния восприятия и реакции. Таким образом, это не гипотеза.

В. Недавно со мной произошел странный случай. Я разговаривал с кем-то и пытался осознать себя. Внезапно я увидел своего друга очень ясно и понял, что до этого я не видел его вообще.

О. Это очень хорошее наблюдение; это действительно случается таким образом. Когда вы попытались осознать себя, на момент вы стали сознательным и увидели вещи, которые вы никогда не видели прежде. Если бы вы смогли сохранить это сознание в течение, скажем, десяти минут, вы увидели бы многие вещи, которые изумили бы вас. Мы смотрим нашими глазами и не видим; но если мы становимся сознательными, мы начинаем видеть вещи, о которых не имеем представления. Это вполне нормально, если только вы не допускаете воображению входить сюда.

В. Происходит ли внезапное изменение или озарение при работе с сознанием в настоящей системе?

О. Внезапное? Нет. Что значит внезапное? Дело в том, что в процессе роста единства, когда этот процесс продолжается длительное время, в какой-то затруднительный момент вы можете почувствовать по-другому. Это может выглядеть внезапным, но в действительности это не так. Это результат предыдущих усилий.

В. Если потенциальность объективного сознания является нормальным условием для человека, почему же могут развиваться только немногие?

О. Когда вы пытаетесь сделать первый шаг к объективному сознанию, которого достигает самосознание, и вы видите, как трудно это сделать и как много сил действует в вас против этого, как много имеется препятствий, вы не будете сомневаться в том, что только немногие могут достичь этого, что это возможность, но очень отдаленная возможность. Имеется слишком много препятствий — леность, лживость, инертность. Мы любим спать.

В. Как и почему пришел человек к тому, чтобы быть этим существом ложных ценностей?

О. Что вы подразумеваете под ложными ценностями? Это относительное понятие: с одной точки зрения они могут быть ложными, а с другой — истинными. Вы можете узнать только для себя, является ли развитие человека абстрактной идеей или истиной. Вы должны сами прийти к той или другой точке зрения. Если вы осознаете, что изменение возможно только через пробуждение, тогда оно становится фактом, так как вы сможете увидеть небольшие степени пробуждения в себе.

В. Если человек не вспоминает себя, значит ли это, что он не имеет сознания?

О. Вы не вспоминаете себя; не человек, но вы. Если вы пытаетесь и не достигаете, это не значит, что вы не имеете сознания, а лишь то, что имеете его недостаточно. Только ваш собственный, хотя и ограниченный, опыт может показать степень сознания.

Когда мы употребляем слово “самосознание”, мы подразумеваем некоторую степень, которая выше нашего обычного количества сознания. Мы имеем некоторое количество сознания, но оно недостаточно для выхода из нашего состояния. Если бы у нас не было понижений сознания, мы бы оставались такими, какими мы являемся.

В. Как возможно распознать самовоспоминание, если мы когда-либо получим его?

О. Сначала должно быть понято умом, что это значит и что значило бы иметь его; а затем должно быть понято, что всякий может быть на различных расстояниях от него. Допустите, что человек не уверен, но расстояние между состоянием самовоспоминания и вашим состоянием меняется, и спустя некоторое время вы понимаете, что в один день оно равно пяти тысячам миль, а в другой день — только трем тысячам миль. Существует различие. Мы не можем говорить о нескольких степенях в одно и то же время, мы можем говорить только о ближайшей степени, которую можем создать.

В. Я хочу узнать о следующей степени.

О. Это материал для наблюдения. Вы хотите наклеить на них ярлыки, но вы не можете, они все время меняются. В один момент это почти самосознание, в следующий момент вы спите. Вы должны наблюдать и видеть результаты. В одном состоянии вы можете понять некоторые вещи, в следующем — не можете. В одном состоянии вы отождествляетесь, в другом имеете контроль; чем больше контроля, тем ближе вы находитесь к самосознанию. Разговор не может многого сделать, он будет оставаться формальным. Необходимо коснуться эмоционального центра, и вы можете сделать это только путем испытания различных вещей. Работа не является простой: с самого начала вы должны пытаться делать невозможные вещи — невозможные в том смысле, что они не случаются сами по себе. Не может существовать учебника, указывающего, чем и когда вам заниматься.

В то же время вопросы о самовоспоминании всегда должны задаваться, так как в течение длительного времени возможны многие ошибки относительно него. Таким образом, эти вопросы никогда не должны подавляться, ибо они наиболее важны.

В. Имеется ли связь между самовоспоминанием и пробуждением? О. Самовоспоминание — это метод пробуждения. То, что вы делаете в настоящее время, является только подготовкой, только изучением метода. Вы должны делать столько, сколько вы можете в вашем теперешнем состоянии; затем, когда ваше внутреннее положение изменится, вы будете способны применить весь опыт, который теперь приобретаете. Но достичь реального значения самовоспоминания возможно только в очень эмоциональных состояниях. Так как вы не можете создать эти эмоциональные состояния, вы не можете знать, что такое самовоспоминание, но можете подготовиться к этому опыту; затем, когда оно придет, вы будете знать, как поступить с ним. Для самовоспоминания необходима очень высокая эмоциональная энергия. В настоящее время вы только практикуетесь, но без этой практики вы никогда не приобретете реального состояния.

В. Когда вы говорите “спящий” и “бодрствующий”, имеется ли между ними определенная граница?

О. Нет, они являются преходящими состояниями. В то же время имеется граница, за которую мы никогда не переходим. В. Является ли это вопросом тренировки? О. Это больше тренировка ума. Мы должны научиться думать другим образом и, главным образом, думать более практически. Как правило, мы не думаем практически — мы думаем большей частью о вещах, которые не касаются нас.

В. Является ли тогда самовоспоминание функцией интеллектуального центра? Оно ведь проявляется благодаря интеллектуальному усилию.

О. Самовоспоминание — это начало и центр настоящей системы, и наиболее важная вещь для понимания. Вы не можете описать

его как интеллектуальное действие или интеллектуальную идею Вы должны начать изучать, что означает самовоспоминание интеллектуально, но в действительности оно не интеллектуально так как является моментом воли. Необходимо помнить себя не в спокойный момент, когда ничто не случается, но когда вы знаете что делаете что-либо неправильно - и не делать этого. Например, когда вы являетесь отождествленным, вы должны быть способны почувствовать и затем остановить это, и в то же время вспомнить себя, осознать, что делаете это, что механичность заставляет вас отождествляться и что вы останавливаете это. Это будет самовоспоминание.

В. Как можно начать практиковать самовоспоминание? О. Вы помните, я давал пример изменения степеней света в комнате с пишущей машинкой. Машинистка может быть принята в качестве интеллектуального центра, а свет - в качестве сознания Только в случае сознания имеется некоторая связь между всеми центрами, ибо при полном свете не только один, но все центры работают различно. Действительное самовоспоминание требует эмоции но мы не имеем контроля над эмоциональным центром Таким образом, посредством некоторого понимания мы можем заставить интеллектуальный центр, над которым имеем некоторый контроль, работать в темноте, как будто бы при свете, и это будет вырабатывать самовоспоминание. Самовоспоминание означает форму мышления или интеллектуальной работы, которая соответствует пробуждению, и, таким образом, вводит момент пробуждения

Затем, когда человек пробуждается на один момент, он понимает что обычно он спит, что он не сознателен и как это опасно Чем больше вы вкладываете в пробуждение, чем больше понимаете его тем лучше будут результаты. Если вы поймете, что вы теряете вследствие того, что не вспоминаете себя, и что приобретаете благодаря самовоспоминанию, у вас будет большой стимул для создания усилий к нему. Вы увидите, что отсутствие самовоспоминания подобно крепкому сну в самолете высоко над землей Это и есть наше положение, но мы не желаем понять этого Если человек понял это, тогда, естественно, он будет делать усилия пробудиться. Но если он думает, что просто сидит спокойно в кресле, и ничего особенного не случается, он будет думать что нет вреда во сне.

В. Что значит придать мыслям форму, в которой они будут соответствовать пробуждению?

О. Как я сказал, мысли являются единственной вещью которую мы можем контролировать. До некоторой степени мы можем контролировать движения, но в обычных условиях, без специального обучения, мы ничего не можем сделать с движениями. Что касается мысли, то прежде всего мы должны выбросить все мысли, связанные

с отождествлением, и думать об идеях настоящей системы. Это подготовка для самовоспоминания, так как в каждом пункте системы мы приходим к необходимости вспоминать себя. Если вы не можете помнить себя, попытайтесь оживить идеи настоящей системы в своем уме. Вся система в целом, изучение человека и Вселенной, — все помогает самовоспоминанию. Такое размышление само по себе будет напоминать вам и создавать внутреннюю атмосферу для самовоспоминания. Но сначала мы должны устранить все мысли, стоящие на пути. Если на этой стадии вы не можете контролировать ваши мысли, вы ничего не сможете сделать в дальнейшем. Вы можете не контролировать ваше настроение, или ваше воображение, или вашу ложь, но вы должны контролировать ваши мысли. В спокойные моменты вы должны быть способны видеть, когда ошибаетесь. Если вы не можете сделать это, значит, вы все еще не начали; но рано или поздно человек должен начать.

В. Будем ли мы, каждый из нас знать, что стоит на нашем пути?

О. Да, конечно, все должны знать. Это обычно связано с некоторой формой отрицания, или лености, или страха.

В. Я все еще не вижу, что значит пытаться и думать, как мы думали бы, если бы были более сознательными.

О. Пытайтесь вообразить себя сознательными — это было бы правильным применением воображения. Мы развиваем силу воображения абсолютно неправильным я бесполезным образом, который всегда создает затруднения для нас. Но теперь, в виде исключения, попытайтесь применить ее и вообразить себя сознательным. Попробуйте думать, как вы стали бы действовать, думать, говорить и т. д.

Сначала самовоспоминание является усилием в отношении функций. Вы начинаете вспоминать себя просто путем формирования ваших умственных процессов некоторым образом, и это вызывает моменты сознания. Вы не можете работать над самим сознанием:

вы можете сделать одно или два судорожных, но не постепенных усилия. Но вы можете сделать усилия над мыслями, и таким образом можете работать над сознанием окольным путем. Это наиболее важная часть метода. Попытайтесь понять разницу между воспоминанием себя таким образом и состоянием сознания. Это тот же умственный процесс, который вы употребляете во всем, в чтении, писании и во всем, что вы делаете, поэтому имеете некоторый контроль над ним. Даже если мы вложим в самовоспоминание то же количество энергии, которое вкладываем в изучение иностранного языка, мы достигнем некоторого количества сознания. К сожалению, мы не хотим вложить даже такое количество энергии в него; мы думаем, что эти вещи должны прийти сами собой, что достаточно попробовать один раз — и это должно

прийти. Самовоспоминание требует усилия, поэтому, если вы продолжаете делать эти усилия, моменты сознания будут приходить более часто и становиться продолжительнее. Затем, постепенно, самовоспоминание перестанет быть чисто интеллектуальным — оно будет иметь пробуждающую силу.

В. Чем будет тогда самовоспоминание — эмоцией или ощущением? О. Эмоция есть функция и ощущение есть функция, но самовоспоминание не является таковой. Оно является попыткой создать в себе состояние сознания без какого-либо отношения к функциям. С самого начала мы должны понять, что функция является одной вещью, а состояние сознания — другой. Вы находитесь сейчас в некотором состоянии сознания, и, пытаясь вспомнить себя, вы пытаетесь приблизиться к третьему состоянию сознания. Вы делаете это путем некоторой перестройки. Вы перестраиваете некоторую форму мышления в ту, которую имеете в высших состояниях сознания. Вы не можете сохранить сознание до тех пор, пока ваши мысли не будут иметь некоторой формы. Это совсем просто: вы помните пример линии внимания с двумя стрелками? Внимание направлено как на меня, так и на вещь, которую я вижу. Это двойное внимание является формой мышления, соответствующей другому состоянию сознания. В. Не является ли само воспоминание состоянием сознания? О. Его можно рассматривать таким образом. В то же время оно может быть принято в качестве метода для вызывания самосознания. В. Каково отношение мысли к сознанию? О. Очень трудно ответить на это кратко. Мысль есть механический процесс, она может работать без сознания или с очень малым сознанием. И сознание может существовать без ощутимой мысли.

В. Если самовоспоминание может быть принято либо как состояние сознания, либо как метод для вызывания его, имеются ли различные виды самовоспоминания? Осуществлялось ли это посредством различных качеств мысли?

О. Помимо размышления необходимо делать многое, — нужно делать усилия. Это не только мышление. Различие только в том, что сначала мы можем делать очень мало. Мы должны начать оттуда, где мы находимся. Затем, если мы продолжаем, самовоспоминание будет постепенно становиться более эмоциональным. Различие создают не различные качества мысли, а различные качества усилия и лежащее в основании понимание. Самовоспоминание является эффективным только в том случае, если кто-либо понимает, что он не вспоминает себя, но что он может вспомнить себя.

В. Не является ли акт направления внимания методом изменения состояния сознания?

О. Некоторый контроль внимания необходим даже в обычной жизни. Но внимание может быть отвлечено, или оно может контролироваться, а это имеет совершенно различное значение.

В. Я понял, что мы обладаем контролем наших мыслей в смысле остановки некоторых видов мышления. Но я никогда не слышал прежде о конструировании наших мыслей.

О. Мы имеем силу не только не думать, но также думать о том или ином. Таким образом, мы можем делать и то, и другое:

мы можем удалить бесполезные мысли и можем также поставить в центр нашего мышления понимание “я” — “я здесь”, “я думаю”.

В. Почему случай или глубокое кризисное состояние ведут к самовоспоминанию?

О. Всякого рода эмоциональный момент, эмоциональное потрясение заставляет вас осознать “я есть”. Вы представляете себе это без какой-либо теории, стоящей за этим: если вы оказываетесь в весьма неожиданном месте, появляется чувство “я” и “здесь”;

когда вы находитесь в необычных обстоятельствах, это всегда напоминает вам о вашем существовании. Но в привычных условиях мы всегда забываем об этом.

В. Является ли самовоспоминание единственной силой, которую настоящая система предлагает нам?

О. Это единственный путь достичь всего остального, так как это первая вещь, которой нам недостает. Мы всегда забываем себя от одного момента до другого, и это состояние должно быть изменено. Каждый должен вспомнить себя — это начало и конец всего, так как когда человек имеет это, он имеет все.

В. Какое различие в значении внимания и сознания?

О. Внимание может быть рассмотрено как элементарное начало сознания — первая ступень. Это не есть полная осведомленность, ибо оно направлено только по одному пути. Как я сказал, сознание требует двойного внимания.

В. Какова цель достижения этого высшего сознания? Жить более полно?

О. Одна вещь зависит от другой. Если мы хотим иметь волю, если хотим быть свободными вместо того, чтобы быть марионетками, если хотим пробудиться, мы должны развивать сознание. Если мы сознаем, что мы спим, что все люди спят и что это значит, тогда объясним все абсурдности жизни. Совершенно ясно, что люди, если они спят, не могут делать что-либо иначе, чем они делают это теперь.

В. Такими, какими мы являемся, будем ли мы способны быть сознательными, когда хотим этого, или это будет всегда приходить случайно?

О. Ничто не приходит в своем полном состоянии в один момент. Первый шаг в том, чтобы быть более сознательным. Если сейчас, с усилием, вы можете сделать себя сознательным на минуту, тогда, если вы работаете над этим и делаете все, что возможно, чтобы помочь этому, то спустя некоторое время, вы будете способны быть сознательным пять минут.

В. Это неправильно, когда это случайно?

О. Вы не можете полагаться на это. В нас, какими мы являемся, высшие состояния не могут сохраняться; они только сверкают, а если сохраняются, то это воображение. Это — определенный факт, так как мы не имеем никакой энергии для продления высших состояний. Проблески возможны, только, опять-таки, вы должны рассматривать и классифицировать их по тому, какой материал они приносят.

В. Они не могут продолжаться даже в памяти?

О. Та память, которую мы можем контролировать и использовать, которой мы командуем, является интеллектуальной памятью, а интеллектуальная память не может сохранять их.

В. Мне кажется, что совершенно невозможно вспоминать себя по желанию, хотя, по-видимому, не так уж трудно наблюдать себя.

О. Вы должны пробовать методы, которые будут создавать это. Попробуйте метод остановки ваших мыслей, чтобы увидеть, как долго вы можете сохранять ваши мысли в подчинении, не думать ни о чем — если вы знаете о самовоспоминании. Но допустите, что это пытается сделать человек, не знающий о самовоспоминании — он не придет таким путем к идее о самовоспоминании. Если вы уже знаете, это будет создавать момент самовоспоминания; насколько долго — будет зависеть от ваших усилий. Это очень хороший путь. Этот метод описан, например, в некоторых книгах по Йоге, но люди, которые пробуют его, не знают, почему они делают это, поэтому не могут получить хороших результатов. Совсем наоборот, это может вызвать род транса.

В. Когда вы сказали: “Знающий о самовоспоминании”, подразумевали ли вы, что имеете это в голове в качестве цели, или вы испытали это?

О. Имеются различные степени. Вы видите, мы все время говорим о самовоспоминании; мы всегда возвращаемся к нему;

таким образом, вы не можете сказать, что не знаете о самовоспоминании. Но если вы возьмете человека, который изучил обычную психологию или философию, он не знает об этом.

В. Возможно ли приобрести самовоспоминание до встречи с настоящей системой? Я спрашиваю это потому, что пытался вспомнить себя, и результаты, по-видимому, соответствуют тому, что я обычно делал прежде, без знания того, что делал.

О. В этом-то и дело. Вы можете изучить это и понять следующий принцип: если вы делаете некоторую вещь, зная, что это такое, это дает один результат, а если делаете почти ту же вещь без знания того, что это такое, это дает иной результат. Многие люди подходят очень близко к самовоспоминанию на практике, другие подходят очень близко к нему в теории, но без практики;

либо теория без практики, либо практика без теории, — и ни от

одного, ни от другого они не пришли к реальной истине. Например, в так называемой литературе по Йоге имеется много близких приближений к самовоспоминанию. Например, говорят о сознании “я есть”, но это настолько теоретично, что ничего из этого нельзя извлечь.

Самовоспоминание никогда не упоминалось в какой-либо литературе в точной, конкретной форме, хотя в замаскированной форме о нем говорится в Новом Завете и в буддийских текстах. Например, когда говорится: “Бодрствуй, не спи”, это есть самовоспоминание. Но люди по-разному объясняют это.

В. Является ли эмоциональный центр главным центром, который работает при самовоспоминании?

О. Вы не можете контролировать эмоции. Вы просто решаете вспоминать себя. Я дал вам очень простой, практический метод. Попробуйте остановить ваши мысли, но в то же время не забывайте о вашей цели — что вы делаете это для того, чтобы вспомнить себя. Это может помочь. Что препятствует самовоспоминанию? Постоянное изменение мыслей. Остановите это изменение и, возможно, вы испытаете его.

В. Какие центры работают при самовоспоминании?

О. Самовоспоминание требует наилучшей работы, которую вы можете произвести, поэтому чем больше центров принимает участие в этом, тем лучше результат. Самовоспоминание не может быть создано медленной, слабой работой — работой одного или двух центров. Вы можете начать с двух центров, но это недостаточно, так как другие центры могут препятствовать вашему самовоспоминанию и остановить его. Но если вы включите в работу все центры, нет ничего, что могло бы остановить его. Вы должны всегда помнить, что самовоспоминание требует наилучшей работы, на какую только вы способны.

В. Вы сказали, что реальное самовоспоминание требует эмоции, но когда я думаю об этом, я не испытываю какой-либо эмоции. Можно ли вспомнить себя, не испытывая никаких эмоций?

О. Идея в том, чтобы вспомнить себя, осознать себя. И что придет с этим, вы сразу заметите и не должны предъявлять к этому никаких определенных требований. Если вы сделаете регулярной практикой пытаться и вспоминать себя три или четыре раза в день, самовоспоминание будет приходить само по себе в интервалы, когда вы нуждаетесь в нем. Но это вы заметите позже. Вы должны сделать это регулярной практикой: пытаться и вспоминать себя, если возможно, в одно и то же время дня. И, как я сказал, практика остановки мысли будет создавать тот же эффект. Поэтому, если вы не можете вспомнить себя, попытайтесь останавливать мысли. Вы можете остановить мысли, но не должны разочаровываться, если сначала у вас ничего не получится. Остановка

мыслей — очень трудная вещь. Вы не можете сказать себе: “Я остановлю мысли”, и они остановятся. Вы должны все время применять усилие. Поэтому вы не должны делать это долго. Если вы делаете это в течение нескольких минут, этого вполне достаточно, в противном случае вы будете убеждать себя, что делаете это, в то время как будете просто сидеть спокойно и думать, и быть очень счастливым от этого. Насколько можете, вы должны сохранять только одну мысль: “Я не хочу ни о чем думать” и выбросить все другие мысли. Это очень хорошее упражнение, но это только упражнение.

В. Плохо ли останавливать дыхание во время остановки мыслей?

О. Этот вопрос был задан однажды в наших старых группах, и Гурджиев спросил: “Как долго?” Человек сказал, что в течение десяти минут. Гурджиев ответил: “Если вы сможете остановить дыхание на десять минут, это очень хорошо, так как через четыре минуты вы умрете!”

В. Является ли самовоспоминание и остановка мыслей одной и той же вещью?

О. Не совсем так; они являются двумя различными методами. Сначала вы вносите некоторую определенную мысль — осознание того, что не помните себя. Вы должны всегда начинать с этого. А остановка мысли является просто созданием правильной атмосферы, правильного окружения для самовоспоминания. Поэтому это не одно и то же, но оба метода дают одни и те же результаты.

В. Работает ли более правильно тот, кто вспоминает себя и работу, которую он делает?

О. Да, когда вы пробудились, вы можете делать все гораздо лучше, но для этого необходимо длительное время. Когда вы приобретете привычку к самовоспоминанию, вы не будете способны понять, как работали без этого. Но вначале трудно работать и помнить себя в одно и то же время. Тем не менее, усилия в этом направлении дают очень интересные результаты; в этом не может быть сомнения. Весь опыт всех времен показывает, что эти усилия всегда вознаграждаются. Кроме того, если вы делаете эти усилия, вы поймете, что некоторые вещи человек может делать только во сне и не может делать, когда он пробудился, так как некоторые вещи могут быть только механическими. Например, допустим, что вы забыли или потеряли что-то; вы ничего не можете терять нарочно, вы можете терять только механически.

В. Когда я во время игры на пианино думал “я здесь”, я не знал, что делал.

О. Так как это не состояние сознания, но размышление о самовоспоминании. Затем оно сталкивается с тем, что вы делаете;

точно так, как тогда, когда пишете и внезапно подумаете: “Как пишется это слово?” — и не можете вспомнить. Это одна функция

сталкивается с другой. Но действительное самовоспоминание не находится в центрах, оно выше центров. Оно не может сталкиваться с работой центров, человек будет видеть больше, будет видеть свои ошибки.

Мы должны понять, что способность к самовоспоминанию является нашим правом. Мы не имеем самовоспоминания, но мы можем иметь его; мы, так сказать, имеем все необходимые органы для этого, но мы не тренированы, не привыкли употреблять их. Необходимо создать некоторую особую энергию или свойство, применяя это слово в обычном смысле, а это может быть создано только в момент серьезного эмоционального напряжения. Все, что было прежде, — только подготовка метода. Но если вы находите себя в момент очень сильного эмоционального напряжения и стараетесь помнить себя, это останется и после того, когда напряжение прошло, и тогда вы будете способны вспомнить себя. Таким образом, только с очень интенсивной эмоцией возможно создать основу для самовоспоминания. Но это не может быть сделано, если вы не подготовили себя заранее. Моменты могут прийти, но вы ничего не получите от них. Эмоциональные моменты время от времени приходят, но мы не используем их, так как не знаем, как использовать их. Если вы пытаетесь достаточно усердно помнить себя во время момента интенсивной эмоции, и если эмоциональное напряжение достаточно сильно, это оставит некоторый след и поможет вам помнить себя в будущем.

В. Является ли то, что мы делаем в настоящее время, некоторого рода практикой?

О. В настоящее время вы только изучаете себя, вы не можете больше ничего делать.

В. Что является той подготовкой, о которой вы говорите? О. Самоизучение, самонаблюдение, самопонимание. Мы ничего не можем изменить, не можем сделать даже одну вещь другой. Все происходит так же, как и прежде. Но различие уже существует, ибо вы видите многие вещи, которые не могли видеть раньше, и многое “происходит” иначе. Это не значит, что вы изменили что-то:

они происходят иначе.

В. Достаточно ли длинна наша жизнь, чтобы достичь результатов? О. Вы придете к пониманию этого вопроса через самовоспоминание. Когда вы достигнете некоторых результатов в нем, если оно приходит часто — подобно видению себя в зеркале — тогда приходит другая форма самовоспоминания, воспоминание своей жизни, тела, времени. Это увеличивает возможности. Есть также другие шаги, но мы можем говорить только об одном шаге вперед, в противном случае это было бы воображением. Мы должны понять, что нам не следует касаться некоторых вопросов без самовоспоминания. Это вопрос усовершенствования нашего инструмента

познания. Мы можем надеяться, что некоторые вещи станут постижимы, если наше состояние сознания изменится.

В. Может ли самосознание дать знание?

О. Нет, сознание, само по себе, не дает знания. Знание должно быть достигнуто. Никакое количество сознания не может дать знания и никакое количество знания не может дать сознания. Они не параллельны и не могут заменить друг друга. Но когда вы становитесь сознательными, вы видите вещи, которых не видели раньше. Если вы сохраните эту сознательность достаточно долго, это произведет громадный эффект. Весь мир стал бы другим, если бы вы смогли сохранить ее в течение, скажем, пятнадцати минут. Но человек не может сознавать себя в течение пятнадцати минут без очень сильного эмоционального элемента. Вы должны создать нечто, что сделает вас эмоциональными; вы не можете сделать это без помощи эмоционального центра.

В. Не приходит ли это само по себе?

О. Это вопрос разрушения препятствий. Мы не достаточно эмоциональны, так как расходуем нашу энергию на отождествление, отрицательные эмоции, критическое отношение, подозрение, ложь и тому подобное. Если мы сумеем остановить это расточительство, мы станем более эмоциональны.

В. Я нахожу, что в попытках вспомнить себя должен избегать слишком большого усилия. Я чувствую, что чрезмерное усилие может уничтожить весь эффект.

О. То, что вы имеете в виду, не является слишком большим усилием, но усилием ошибочного рода. Мускульное усилие не поможет вам вспомнить себя. Каждому человеку необходимо найти для самого себя такой момент, чтобы сделать это большое усилие, особенно в моменты, когда все инстинктивные и эмоциональные стремления идут против этого. Это есть момент для совершения усилия. Если вы сумеете тогда вспомнить себя, вы будете знать, как это сделать.

В. Как можно предотвратить формальность регулярных усилий? Как сохранить их ускользающий смысл?

О. Самовоспоминание не может стать формальным; если оно делается таковым, это означает глубокий сон. Тогда необходимо что-то сделать, чтобы пробудить себя. Но вы должны всегда начинать с идеи о механичности и результатов механичности.

Вы совершенно правы. Все ускользает, исчезает, и вы оказываетесь опять ни с чем. Вы опять начинаете с некоторого сознательного усилия, и опять оно ускользает. Вопрос о том, как воспрепятствовать исчезновению. В наших обычных способах мышления и чувствования имеется много механических стремлений, которые всегда возвращают нас на обычный путь. Мы хотим думать иным образом, хотим быть другими, работать по-другому, чувствовать

по-другому, но ничто из этого не происходит, так как много старых стремлений поворачивают нас обратно. Мы должны изучагь эти стремления и пытаться пролить свет на них. Прежде всего мы должны преодолеть инерцию ума; затем, если мы сделали это, двадцати чсгырех часов будет недостаточно, и жизнь станет очень полной. Трудно начать — и все же это не столь трудно.

В. Как можно преодолеть эту инерцию?

О. Путем усилия: усилия самовоспоминания, наблюдения, неотождествления. Сознание есть сила, и сила может быть развита только пугем преодоления препятствий. Две вещи может быть развиты в человеке — сознание и воля. Обе они являются силами. Если человек преодолевает несознательность, он будет обладать сознанием; если он преодолеет механичноть, он будет обладать волей. Если он поймет природу сил, которых он может достичь, ему будет ясно, что они не могут быть даны: эти силы должны быть развила путем усилия. Если бы мы были созданы более сознательными, мы оставались бы сознательными машинами. Гурджиев говорил мне, что в некоторых школах они смогли, применяя некоторые специальные методы, сделать сознательным барана. Но он оставался просто сознательным бараном. Я спросил, что оии сделали с ним, и он ответил, что они его съели.

Идея сознательного барана такова: допустите, что человек сделан сознательным с помощью кого-то еще; он станет инструментом в руках других. Необходимы собственные усилия, так как в противном случае, даже если человек сделан сознательным, он не будет способен использовать сознание. Это находится в самой природе вещей, что сознание и воля не могут быть даны. Если бы кто-нибудь смог бы дать их вам, это не принесло бы пользы. В этом причина, почему человек должен покупать все, ничего не дается даром. Наиболее трудно научиться, как платить. Но, если бы это могло быть объяснено в нескольких словах, тогда не надо было бы ходить в школу. Человек должен платить не только за сознание, но за все. Ни одна самая малейшая идея не может стать чьей-либо собственной до тех пор, пока за нее не заплачено.

В. Самовоспоминание является, по-видимому, весьма тяжелым и мрачным переживанием. Является ли это тяжелой системой?

О. Насколько мне известно, нет тяжелых систем, есть только тяжелые люди и тяжелые отношения, тяжелое понимание. И я не понимаю, почему самовоспоминание должно быть мрачным и тяжелым. Это осознание того факта, что мы спим. Если бы человек осознал, что он спит, и если бы у человека не было возможности пробуждения, тогда, действительно, это было мрачным осознанием, я вполне согласен. Но настоящая система не говорит, что вы должны остановиться на этом; она говорит, что вы должны пытаться пробудиться. А это совершенно другое. Я впоминаю, что,

когда впервые услышал эту идею, я увидел много совершенно новых вещей, так как это был ответ на все вопросы, которые у меня были, когда я изучал психологию. Таким образом, я сразу осознал, что психология начинается в этом вопросе. Я понял, что человек не помнит себя, но может вспомнить, если он совершит достаточно усилий. Без самовоспоминания не может быть никакого изучения, никакой психологии. Но если человек сознает и держит в уме, что он не помнит себя, и что никто не помнит, и все же возможность самовоспоминания существует, тогда начинается изучение. Вот как это должно быть понято.

Конечно, не может быть никакой радости в осознании того, что человек является машиной и спит. Но мы не говорим о радости или страдании, мы говорим о контроле. Мы осознаем, что мы машины, и не хотим быть машинами. Мы осознаем, что мы спим, и хотим пробудиться. Действительная радость может быть связана только с пробуждением или с чем-либо, что помогает пробуждению.

В. Но так много людей сознают себя в плохом смысле этого слова. Не является ли это также формой самовоспоминания?

О. Нисколько. То, что называется самосознанием на английском языке, является формой смущения или робости; это не имеет ничего общего с самовоспоминанием.

Как я объяснил, если вы не пробудились, вы не можете сделать себя пробужденным; но вы имеете некоторый контроль над мыслями и должны построить их таким образом, чтобы привести себя к пробуждению.

В. Ближе ли к самовоспоминанию ребенок, чем взрослый человек? У человека так много ярких воспоминаний детства.

О. Нет, не совсем; это не самовоспоминание. Самовоспоминание означает сознательную работу, я имею в виду умышленную работу. Яркие воспоминания детства происходят вследствие деятельности эмоционального центра. В ребенке он более активен, а моменты сознания приходят сами по себе. Но самовоспоминание есть момент сознания, который приходит благодаря вашему собственному усилию. Допустим, что ребенок имеет проблески сознания без возможности использования этих моментов. Это не поможет вообще.

В. Не поможет ли нам попытка вернуться к тем состояниям, которые мы имели в детстве?

О. Как? Вот в чем вопрос. Если бы мы могли остановить отождествление, мы имели бы много моментов, подобных этому, но мы не знаем, как начать останавливать отождествление. Если бы мы могли разрушить отрицательные эмоции, если бы могли помнить себя, тогда это было бы в наших руках, под нашим контролем, это не было бы случайным.

В. Когда я чистый и тщательно одет, я чувствую, что мне значительно легче вспоминать себя.

О. Это не запрещено. Это путь факира.

В. Каково соотношение между самовоспоминанием и отрицательными эмоциями?

О. Когда появляется отрицательная эмоция, самовоспоминание становится невозможным. Поэтому, чтобы вспомнить себя, человек должен обладать некоторым контролем над отрицательными эмоциями. Люди неодинаковы в этом отношении: некоторые имеют больше, другие меньше контроля даже в выражении этих эмоций. И не только в выражении, некоторые люди лучше контролируют свои эмоции, другие могут контролировать только определенные эмоции. И не только те, кто имеет некоторый контроль отрица-гельных эмоций, могут работать над самовоспоминанием и получать хорошие результаты. В то же время этот контроль может быть достигнут: можно начать с различных сторон, и, если некоторое самовоспоминание создано, это немедленно помогает бороться с отрицательными эмоциями; а борьба с отрицательными эмоциями помогает самовоспоминанию.

В. Всегда ли требуется продолжительное время для пробуждения?

О. Я могу только сказать, сколько времени потребуется, чтобы изучить настоящую систему, но не могу сказать, сколько времени потребуется для пробуждения. Пробуждение является результатом личной работы, поэтому его трудно предсказать. Оно приходит постепенно. Полное пробуждение означает очень большое изменение, а это требует времени, так как оно означает приобретение новых психических функции. Поэтому мы можем изучать только степени или ступени, через которые человек должен пройти. Человеку может быть показан путь, но он должен работать для самого себя. Изучение само по себе является небольшим делом, ибо человек может изменить себя только через применение того знания, которое он получает. Человек может стать сознающим себя в данный момент. Это осознание себя является пробуждением — одним из атрибутов другого состояния сознания.

В. Может ли человек желать пробуждения и потерпеть неудачу?

О. Может быть, в течение продолжительного времени он не будет иметь успеха, но если он способен пробудиться, он может пробудиться; это длительный процесс. Но, конечно, он может потерпеть неудачу. Мы имеем только одну хорошую особенность в нашем положении — нам нечего терять. Поэтому, если мы терпим неудачу, мы будем находиться в том же положении, что и прежде, но если преуспеем, получим нечто новое.

В. Может ли любое большое усилие сделать человека более сознательным?

О. Это зависит от усилия, так как если усилие совершается в состоянии отождествления, оно не сделает человека более сознательным.

В. Автоматически ли самовоспоминание останавливает отождествление?

О. В самовоспоминании нет ничего автоматического — каждый момент является усилием. Если оно достаточно глубоко и достаточно продолжительно, это одно дело, но если оно является только проблеском — этого недостаточно. Также, если вы вспоминаете себя, исключая все остальное, — это одно, а если вспоминаете себя и в то же время вспоминаете вашу цель и то, что вы делаете, — это другое. Это зависит от того, насколько сильно вы входите в самовоспоминание.

В. Назовете ли вы это самосознанием?

О. Самосознание является постоянным состоянием. Самовоспоминание — эксперимент; в один день оно может быть удачным, а в другой день — неудачным. Оно может быть более глубоким или менее глубоким.

В. Не расскажете ли вы нам о том, что нас задерживает?

О. Мы как раз и говорим об этих вещах. Имеются две вещи, которые задерживают нас — незнание и слабость: мы не знаем достаточно, и мы не сильны достаточно. Вопрос в том, как узнать больше. Путем самоизучения — и это является единственным методом. Затем приходит борьба с отождествлением и воображением — главными причинами слабости. Только в отдельных случаях эти вещи принимают различный оттенок. То, что выглядит одним оттенком для одного человека, для другого выглядит иначе. Но вещи, которые задерживают нас, более или менее одинаковы.

В. Разве нет ничего общего между самосознанием и отождествлением?

О. Они на различных уровнях, вы не можете сравнивать их. Вы не можете отождествляться и сознавать себя: наличие одного означает отсутствие другого. Все вещи связаны, ни одно проявление не является отдельным; все они связаны с определенным порядком вещей.

В. Я считаю, что не получил правильного понятия об отождествлении. Означает ли это, что вещи контролируют нас, а не мы — вещи?

О. Отождествление очень трудно описать, так как невозможно никакое определение. Такие, какими мы являемся, мы никогда не свободны от отождествления. Если мы полагаем, что мы не отождествляемся с чем-либо, мы отождествляемся с идеей о том, что мы не отождествлены. Вы не можете описать отождествление логическим образом. Вы должны найти момент отождествления, поймать его и тогда сравнивать все с этим моментом. Отождествление повсюду, в каждом моменте обычной жизни. Когда вы начинаете самонаблюдение, некоторые формы отождествления уже становятся невозможными. Но в обычной жизни почти все является отождествлением. Это очень важная психологическая особенность, прони

зывающая всю нашу жизнь: мы не замечаем ее, так как находимся в ней. Наилучшим путем понять ее является нахождение некоторых примеров. Например, если вы видите кошку с кроликом или мышью — это есть отождествление. Затем найдите аналогии к этой картине в самих себе. Единственно, вы должны понять, что это имеет место в каждый момент, а не только в исключительные моменты. Отождествление — это почти постоянное состояние в нас. Вы должны быть способны увидеть это состояние в стороне от себя, отделить его от себя, а это может быть сделано только путем попыток стать более сознательным, попыток вспомнить себя, осознать себя. Только когда вы станете больше сознавать себя, вы будете способны бороться с проявлениями, подобными отождествлению.

В. Я нахожу, что когда я отождествлен, это всегда близко к вещам внутри меня.

О. Может быть, вы правы, а может быть, и нет. Вы можете думать, что вы отождествлены с одной вещью, когда в действительности вы отождествлены с совершенно другой вещью. Это вообще не имеет значения; если что и имеет значение, так это состояние отождествления. В состоянии отождествления вы не можете чувствовать правильно, видеть правильно, судить правильно. Но предмет отождествления не имеет значения: результат тот же.

В. Итак, каков путь для преодоления отождествления?

О. Это другой вопрос. Он различен в различных случаях. Во-первых, его необходимо увидеть; затем необходимо что-то противопоставить ему.

В. Что вы подразумеваете под “противопоставлением”?

О. Только обращение вашего внимания на что-то более важное. Вы должны научиться различать более важное от менее важного, и если обратите ваше внимание на более важные вещи, станете менее отождествленными с маловажными вещами. Вы должны осознать, что отождествление никогда не сможет помочь вам; оно только делает все более запутанным и более трудным. Если вы осознаете только лишь это, то даже это одно может помочь в некоторых случаях. Люди думают, что быть отождествленным помогает им, они не видят, что это делает вещи только более трудными. Отождествление вообще не имеет полезной энергии, но только разрушительную энергию.

В. Является ли отождествление главным образом эмоцией?

О. Оно всегда имеет эмоциональный элемент — род эмоционального волнения, но иногда оно становится привычкой, так что человек даже не замечает эмоции.

В. Я понимаю, что важно быть эмоциональным правильным образом, но когда я чувствую что-либо эмоциональное в работе, я быстро все разрушаю.

О. Только отождествление является разрушающим. Эмоция может дать только новую энергию, новое понимание. Вы принимаете

отождествление за эмоцию. Вы не знаете эмоции без отождествления, поэтому, вначале, вы не можете представить себе эмоцию свободной от него. Люди часто думают, что они говорят об эмоциональной функции, когда в действительности говорят об отождествлении.

В. Возможно ли для нас, таких, какими мы являемся в настоящее время, иметь какое-либо чувство вообще без отождествления?

О. Очень трудно, если только мы не начинаем наблюдать себя. Тогда легкие виды отождествления (я подразумеваю, легкие индивидуально) будут соответствовать лечению. Но всякий имеет свои особенности в отождествлении. Например, для меня легко не отождествляться с музыкой, для другого же это может быть очень трудно.

В. Возможна ли любовь без отождествления?

О. Я сказал бы, что любовь невозможна с отождествлением. Отождествление убивает всякие эмоции, за исключением отрицательных эмоций. С отождествлением остается только неприятная сторона.

В. Не означает ли неотождествление отчужденность?

О. Наоборот, отчужденность требует отождествления. Неотождествление является совершенно иным.

В. Если вы отождествлены с идеей, то как можете остановить его?

О. Сначала путем понимания, что означает отождествление, а затем путем попытки вспоминать себя. Начинайте с простых случаев, тогда позднее вы сможете иметь дело с более сложными.

В. Когда вы развиваете самовоспоминание, приобретаете ли вы некоторого рода беспристрастное отношение, более свободное от отождествления?

О. Беспристрастное отношение в том смысле, что вы знаете ваши отношения лучше; вы знаете, что полезно для вас и что не является полезным. Если вы не помните себя, то в этом легко ошибиться. Например, можно начать изучение чего-то совершенно бесполезного. Самовоспоминание помогает пониманию, а понимание всегда означает приведение всего к некоторому центру. Вы должны иметь центральную точку во всякой вашей работе, во всех ваших отношениях, а самовоспоминание является необходимым условием для этого.

Мы должны говорить больше об отождествлении, если это неясно. Оно станет более ясным, когда вы найдете два или три хороших примера. Оно является некоторым состоянием, в котором вы находитесь во власти вещей.

В. Если я внимательно смотрю и глубоко задумываюсь, означает ли это, что я отождествлен?

О. Нет, отождествление является особенной вещью, оно означает потерю себя. Как я сказал, это не столько вопрос того, с чем

вы отождествились. Отождествление является состоянием. Вы должны понять, что многое из того, что мы считаем находящимся вне нас, в действительности находится внутри нас. Возьмите, например, страх. Страх не зависит от вещей. Если вы находитесь в состоянии страха, вы можете испугаться пепельницы. Это часто случается в патологических состояниях, а патологическое состояние — это просто усиленное обычное состояние. Вы испуганы, и тогда вы выбираете то, чего вам бояться. Этот факт делает возможным борьбу с такими вещами, так как они находятся внутри вас.

В. Можем ли мы иметь какое-либо понимание вместе с отождествлением?

О. Много ли можете вы понять в глубоком сне, который является тем же, чем является отождествление? Если вы помните свою цель, осознаете свое положение и видите опасность сна, это поможет вам спать меньше.

В. Какая разница между симпатией и отождествлением?

О. Это совершенно иное; это есть нормальная и законная эмоция, которая может существовать без отождествления. Могут быть симпатия без отождествления и симпатия с отождествлением. Когда симпатия смешана с отождествлением, она часто заканчивается гневом или другой отрицательной эмоцией.

В. Вы сказали о потере себя в отождествлении. Какого себя?

О. Всего себя, целиком. Отождествление — это очень интересная идея. Имеются две ступени в процессе отождествления. Первая ступень означает процесс становления отождествления, вторая — состояние, когда отождествление завершено.

В. Первая ступень совершенно безвредна?

О. Если она привлекает слишком много внимания и занимает слишком много времени, она приводит ко второй.

В. Когда вы желаете чего-то, можете ли желать этого без отождествления?

О. Отождествление не обязательно. Но если вы желаете ударить человека, вы не можете сделать этого без отождествления; если отождествление исчезает, вы не захотите этого больше. Возможно не терять себя; потеря себя вообще не является необходимым элементом.

В. Возможно ли отождествиться сразу с двумя вещами?

О. С десятью тысячами! Необходимо наблюдать и наблюдать. С одной точки зрения борьба с отождествлением не столь трудна, так как, если мы можем видеть его, оно становится настолько смехотворным, что мы не можем оставаться отождествленными. Отождествление других людей всегда кажется смешным, и наше может стать таким же. Смех может быть полезным в этом отношении, если мы сможем обратить его на самих себя.

В. Я не могу увидеть, почему отождествление так плохо?

О. Отождествление плохо, если вы хотите пробудиться, но если вы хотите спать; тогда это хорошая вещь.

В, Не будет ли все, что мы делаем, страдать, если мы стремимся сохранить наши умы в состоянии бодрствования вместо того, чтобы уделять внимание тому, что мы делаем?

О. Я уже объяснял, что совсем наоборот. Мы можем делать хорошо все, что мы делаем, только настолько, насколько мы пробуждены. Чем глубже мы спим, тем хуже выполняем то, что делаем, — исключений нет. Вы принимаете это академически, просто как слова, но между глубоким сном и полным пробуждением имеются различные ступени, и вы проходите от одной ступени к другой.

В. Если мы чувствуем себя более пробужденными, мы не должны злоупотреблять этими моментами, не так ли?

О. Как можем мы злоупотреблять ими? Эти моменты слишком коротки, даже если мы имеем проблески. Мы можем только пытаться не забывать их и действовать в соответствии с этими моментами. Это все, что мы можем делать.

В. Можете ли вы сказать, что отождествление есть состояние, когда вас захватило нечто, когда вы не можете избавиться от некоей идеи в уме?

О. Состояние захваченности является крайним случаем. Имеется много малых отождествлений, которые очень трудно наблюдать, а они наиболее важны, так как сохраняют нас механическими. Мы должны осознать, что мы не всегда проходим от одного отождествления к другому. Если человек смотрит на стену, он отождествляется со стеной.

В. Чем отождествление отличается от ассоциаций?

О, Ассоциации - совершенно иное; они могут быть более контролируемы и менее контролируемы, но они не имеют ничего общего с отождествлением. Различные ассоциации являются необходимой частью мышления; мы определяем вещи по ассоциациям и делаем все с помощью ассоциаций.

В. Я не понимаю, почему меняются “я”. Можно ли увидеть причину этого в отождествлении?

О. Это происходит всегда посредством ассоциаций. Некоторое количество “я” пытается продвинуть себя вперед, поэтому, как только человек теряет себя в одном из них, оно заменяется другим. Мы думаем, что “я” являются просто пассивными, безразличными, но эмоции, ассоциации, воспоминания всегда работают. Вот почему полезно останавливать мышление даже случайно, в качестве упражнения. Тогда вы начнете видеть, как трудно это сделать. Ваш вопрос просто показывает, что вы никогда не пытались, иначе вы знали бы об этом.

В. Является ли сосредоточение отождествлением?

О. Сосредоточение — это контролируемое действие; отождествление контролирует вас.

В. Возможно ли для нас сосредоточение?

О. У него есть различные степени. Намеренное сосредоточение в течение получаса невозможно. Если бы мы могли сосредоточиться без внешней помощи, мы были бы сознательны. Но все имеет степени.

В. Является ли начало нового наблюдения отождествлением с предметом, который мы наблюдаем?

О. Отождествление происходит, когда мы отталкиваемся от чего-либо или притягиваемся чем-либо. Изучение или наблюдение не обязательно производит отождествление, но притяжение и отталкивание всегда создают его. Мы также слишком много говорим, и это автоматически создает отождествление. У нас много автоматических применений такого рода.

В. Что я могу сделать в отношении отождествления? Я чувствую, что я всегда теряю себя во всем, что делаю. По-видимому, невозможно быть другим.

О. Нет, возможно. Если вы должны что-либо делать, вы должны это сделать, но вы можете отождествляться больше или меньше. В этом нет ничего безнадежного, пока вы помните об этом. Попытайтесь наблюдать; вы не всегда отождествляетесь в равной степени; иногда вы отождествляетесь так, что ничего другого не можете видеть, в другое время можете видеть кое-что. Если бы вещи были всегда одинаковыми, тогда для нас не было бы шанса, но они всегда меняются по степени интенсивности, и это дает возможность изменения. Все, что мы делаем, мы должны сначала изучить. Если вы хотите управлять автомобилем, вы должны научиться заблаговременно. Если вы работаете в настоящее время, со временем вы будете иметь больше контроля.

В. Почему растворение б работе является ошибкой?

О. Это будет плохой работой. Если вы отождествлены, вы никогда не сможете получить хороших результатов. Это одна из наших иллюзий — думать, что мы должны потерять себя, чтобы получить хорошие результаты, и таким образом мы получаем только плохие результаты. Когда человек отождествлен, он не существует; существует только вещь, с которой он отождествлен.

В. Является ли целью неотождествления освобождение разума от объекта?

О. Целью является пробуждение. Отождествление является признаком сна; отождествленный разум спит. Свобода от отождествления является одной из сторон пробуждения. Состояние, где отождествление не существует, вполне возможно, но мы не наблюдаем его в жизни и не замечаем, что постоянно отождествлены. Отождествление не может исчезнуть само по себе; необходима борьба.

В. Как можно пробудиться, если отождествление является всеобщим?

О. Человек может пробудиться только в результате усилия, борьбы против него, Но сначала нужно понять, что значит отож-

дествление. Как и во всем другом, в отождествлении имеются степени. Наблюдая себя, человек может понять, когда он является более отождествленным, менее отождествленным или неотождествленным вообще. Если человек хочет пробудиться, он должен и может освободиться от отождествления. В каждый момент нашей жизни мы потеряны, никогда не свободны, потому что мы отождествлены.

В. Можете ли вы дать пример отождествления?

О. Мы отождествляемся все время, вот почему трудно дать пример. Возьмем, например, симпатии и антипатии; все они означают отождествление, особенно антипатии. Они не могут существовать без отождествления, и вообще они не являются ничем, кроме отождествления. Обычно люди воображают, что они имеют значительно больше антипатий, чем они имеют их действительно. Если они исследуют и проанализируют их, они, вероятно, найдут, что они не любят только одну или две вещи. Когда я это изучал, я смог найти в себе только одну реальную антипатию.

Но вы должны найти свои собственные примеры, это должно быть проверено личным опытом. Если в момент сильного отождествления вы попытаетесь остановить его, вы поймете эту идею.

В. Но я еще не понял, что это такое.

О. Попытаемся пояснить с интеллектуальной стороны. Вы сознаете, что не вспоминаете себя? Попытайтесь увидеть, почему вы не можете, и вы найдете, что вам мешает отождествление. Тогда вы увидите, что это такое. Все вещи связаны.

В. Является ли неотождествление единственным путем, чтобы узнать, что такое отождествление?

О. Нет, как я объяснял, путем наблюдения его, так как оно не всегда одинаково. Мы не замечаем температуры нашего тела, за исключением случаев, когда она становится несколько выше или ниже нормальной. Таким же образом мы можем заметить отождествление, когда оно сильнее или слабее, чем обычно. Сравнивая эти степени, мы можем увидеть, что это такое.

В. Необходимо ли в борьбе с отождествлением знать, почему ты отождествлен?

О. Человек отождествляется не по какой-либо особой причине или из-за цели, но во всех случаях вследствие того, что он не может избежать этого. Как можете вы знать, почему вы отождествляетесь? Но вы должны знать, почему вы боретесь. В этом дело. Если вы не забываете эту причину, тогда будете в десять раз больше удовлетворены. Очень часто мы начинаем бороться, а затем забываем, почему это делаем.

Существует много форм отождествления, но первый шаг — это увидеть его; вторым шагом является борьба с ним, чтобы стать свободным от него. Как я сказал, это есть процесс, а не момент;

мы находимся в нем все время. Мы тратим свою энергию ошибочным образом на отождествление и отрицательные эмоции; они являются раскрытыми кранами, из которых вытекает наша энергия.

В. Можно ли внезапно изменить энергию гнева на что-либо еще? В эти моменты мы имеем громадную энергию.

О. Мы имеем громадную энергию, и она работает сама по себе, без контроля, заставляя нас действовать определенным образом. Почему? Что является связующим звеном? Звеном является отождествление. Остановите отождествление, и вы будете иметь эту энергию в своем распоряжении. Как вы можете сделать это? Не сразу — это требует практики в самые легкие моменты. Когда эмоция очень сильна, вы не можете делать это. Необходимо больше знать, быть подготовленным. Если вы знаете, как неотождествляться в правильный момент, вы получите громадную энергию в свое распоряжение. Что вы сделаете с ней, это другой вопрос; можете потратить ее снова на что-либо совершенно бесполезное. Но это требует практики. Вы не можете научиться плавать, когда падаете в море во время шторма, вы должны учиться в спокойной воде. Тогда, если вы упали, вы, возможно, будете способны плавать.

Я снова повторяю: невозможно быть сознательным, если вы отождествлены. Это одно из затруднений, которое приходит позже, так как люди имеют некоторые любимые отождествления, которые они не хотят отдать, и в то же время говорят, что хотят быть сознательными. Эти две вещи не могут быть вместе. Существует много несовместимых вещей в жизни, а отождествление и сознательность являются двумя наиболее несовместимыми вещами.

В. Как можно избежать реакции, которая приходит после чувства большого энтузиазма? Происходит ли это вследствие отождествления?

О. Да, эта реакция происходит как результат отождествления. Борьба с отождествлением будет предотвращать это. Производит эту реакцию не то, что вы называете энтузиазмом, но отождествление. Отождествление всегда сопровождается этой реакцией.

В. Является ли скучающий человек отождествленным с ничем?

О. Скука тоже является отождествлением — одним из крупнейших. Это отождествление с собой, с чем-то в себе.

В. Мне кажется, я не могу изучать человека без потери себя в нем или в ней, и все же понимаю, что это является ошибочным.

О. Это является ошибочной идеей, что человек не может изучать другого человека или что-либо еще без потери себя. Если вы теряете себя в чем-либо, вы не можете изучать это. Отождествление всегда является ослабляющим элементом: чем больше вы отождествляетесь, тем хуже ваше изучение и тем меньше результата.

Помните, в первой лекции я сказал, что отождествление с людьми принимает форму учитывания. Имеются два вида учитывания: внутреннее и внешнее. Внутреннее учитывание — это то же,

что и отождествление. Внешнее учитывание требует некоторой доли самовоспоминания; она означает принятие в расчет слабости других людей, постановки себя на их место. В жизни это часто описывается словом “такт”, но такт может быть воспитанным или случайным. Внешнее учитывание означает контроль. Если мы научимся применять его сознательно, это даст нам возможность контроля.

Внутреннее учитывание — это чувство того, что люди не дают нам достаточно, не оценивают нас достаточно. Внутреннее учитывание исключает внешнее. Внешнее учитывание должно быть культивируемо, внутреннее должно быть исключено. Но сначала понаблюдайте и посмотрите, как часто вы упускаете моменты внешнего учитывания и какую огромную роль в жизни играет внутреннее учитывание.

Изучение внутреннего учитывания, механичности, лжи, воображения, отождествления показывает, что все они принадлежат нам, что мы всегда находимся в этих состояниях. Когда вы увидите это, вы осознаете трудность работы над собой. Такими, какими вы являетесь, вы не можете начать получать что-либо новое; вы увидите, что сначала должны почистить машину; она слишком покрыта ржавчиной. Мы думаем, что являемся тем, что мы есть. К сожалению, мы не то, что мы есть, но то, чем мы стали; мы не естественны. Мы слишком спящи, мы слишком лживы, мы живем в воображении, мы слишком много отождествляемся. Мы думаем, что имеем дело с реальными существами, но в действительности имеем дело с воображаемыми существами. Почти все, что мы знаем о себе, является воображением. Под всем этим нагромождением человек совершенно иной. У нас есть много воображаемых вещей, которые мы должны отбросить, прежде чем сможем прийти к реальным вещам. Пока мы живем в воображаемых вещах, мы не можем видеть ценности реального; и только когда приходим к реальным вещам в себе самих, мы можем увидеть, что же является реальным вне нас. В нас развилось слишком много случайного.

В. Можно ли освободиться от отождествления, учитывания и отрицательных эмоций, удалившись от мира?

О. Этот вопрос задают часто; но в этом нельзя быть уверенным. Кроме того, вы можете найти описания в литературе о том, как люди достигали очень высокой степени развития в уединении, но когда они приходили в контакт с другими людьми, они сразу теряли все, что приобрели. В школах Четвертого Пути было найдено, что наилучшими условиями для изучения и работы над собой являются обычные условия жизни человека, так как с одной точки зрения эти условия являются более легкими, а с другой они являются наиболее трудными. Поэтому, если человек получает что-либо в этих условиях, он сохранит это во всех условиях, тогда как если он получает это в специальных условиях, он будет терять это в других.

В. Скажите, пожалуйста, еще раз, что такое внутреннее и что такое внешнее учитывание?

О. Внешнее учитывание является формой самовоспоминания в отношении к людям. Вы учитываете других людей и делаете не то, что приятно вам, но что приятно им. Это значит, что вы должны жертвовать собой, но это не означает самопожертвования. Это означает, что в отношениях с людьми вы не должны поступать без размышления. Вы должны сначала думать, а затем действовать. Ваше размышление покажет вам, что если чаще всего человек предпочитает, чтобы вы действовали определенным образом, а вам при этом все равно, то почему не делать то, что нравится ему? Поэтому идея жертвы не входит сюда. Но если для вас это не все равно, тоща это совершенно другое. Что лучше для вас, что лучше для них, кем являются эти люди, что вы хотите от них, что хотите сделать для них, — все это должно войти в размышление. Но идеей является то, что в отношении к людям ничего не должно происходить механически, без размышления. Вы должны выбирать ваш образ действий. Это значит, что вы не должны проходить мимо людей, не видя их. А внутреннее учитывание означает, что вы проходите мимо них, не замечая их. Мы имеем слишком много внутреннего и недостаточно внешнего учитывания. Внешнее учитывание очень важно для самовоспоминания. Если его недостаточно, мы не можем помнить себя.

В. Является ли это тем же, что и понимание людей? О. Нет, вы можете понимать людей только постольку, поскольку вы понимаете себя. Это есть понимание их трудностей, понимание того, чего они хотят, наблюдение впечатления, которое вы производите на людей, и попытка не создавать ложного впечатления.

В. Вы хотите сказать, что доброта является внешним учитыванием?

О. То, что вам знакомо из жизни, не является внешним учитыванием. Необходимо понять принцип и создать стандарты для себя. С помощью внешнего учитывания вы контролируете впечатление, которое хотите создать. Внутренним учитыванием вы хотите создать одно впечатление, а создаете другое.

В. Внешнее учитывание кажется мне очень далеким. О. Оно должно быть здесь сегодня. Если оно остается далеким, вы остаетесь далекими от себя.

В. Включает ли внешнее учитывание способность играть сознательную роль?

О. Да, но имеются различные степени. Внешнее учитывание является только началом; играть сознательную роль означает значительно большее.

В. А что является внутренним учитыванием? О. Ощущение, что люди не платят вам достаточно; внутренние счеты, постоянное ощущение обманутости, низкооплачиваемости.

В. Я нахожу очень трудным остановить внутреннее учитывание. Нет ли какой-либо специальной техники, применяемой против него?

О. Нет, специальной техники нет; только понимание и правильные точки зрения. Больше наблюдайте. Возможно, что вы найдете моменты, свободные от учитывания, и увидите, как начать борьбу с ним и изучение. Оно является механическим, механическим отношением, таким же, как отождествление.

В. Является ли самооправдание всегда проявлением внутреннего учитывания?

О. Они связаны, но это нечто иное. Внутреннее учитывание не требует какого-либо оправдания. Обычно всегда требуется причина для оправдания, но если мы находимся в состоянии внутреннего учитывания, мы всегда оправдываем это. Внутреннее учитывание означает отождествление, внешнее учитывание означает борьбу с отождествлением. Внутреннее учитывание является механическим;

внешнее учитывание означает по меньшей мере внимание. Поэтому, практикуя неотождествление, пытаясь контролировать внимание, вы найдете много возможностей изучения внешнего учитывания, и, если вы отыщете примеры, возможно, найдете и методы борьбы с внутренним учитыванием и трансформации его в практику внешнего учитывания. Например, вы беседуете с кем-либо, от кого хотите что-то получить. Скажем, он знает что-то, и вы хотите, чтобы он сказал вам то, что он знает. Тогда вы должны разговаривать так, чтобы ему понравиться, не споря, не противореча ему. Внешняя оценка всегда практична.

В. Означает ли внутреннее учитывание, что мы оцениваем себя слишком высоко?

О. Оно всегда принимает форму внутренней торговли, размышления, что другие люди не оценивают вас достаточно. Очень важно понять внутреннее учитывание. У него есть так много тонких форм ее, которых мы не замечаем, и тем не менее наша жизнь наполнена этим.

В. Является ли учитыванием желание быть замеченным?

О. Учитыванием является как желание быть замеченным, так и желание быть не замеченным. Имеется много психологических состояний, которые обычная психология не может объяснить или описать, зависящих от отождествления и учитывания.

В. Как наилучшим образом думать о внутреннем учитывании?

О. Вы должны пытаться в свободные моменты составить правильное мнение о нем. Когда вы учитываете, это уже слишком поздно. Вы должны думать о типичных случаях учитывания, о том, что создает его, и затем иметь правильную точку зрения о нем, осознать, насколько оно бесполезно и смешно. Потом сравните его с внешним учитыванием и попытайтесь не забывать этого. Если вы сделаете

это, вы сможете это вспомнить, когда придет момент учитывания, и, возможно, тогда внутреннего учитывания не будет. Что действительно важно, так это думать об учитывании, когда вы свободны от него, а не оправдывать и не скрывать его от себя.

В. Чем больше я пытаюсь работать, тем больше, по-видимому, учитываю внутренне. Это кажется наиболее трудным из всего, с чем приходится иметь дело.

О. Если вы работаете, учитывание не может расти, оно становится только более видимым. А это означает, что оно уменьшается, ибо оно не может быть видимо без своего уменьшения. Тот факт, что вы замечаете его, доказывает, что оно становится менее сильным. Это является естественной иллюзией, такой же, как тогда, когда кажется, что вы перестали понимать, как прежде. Это означает начало понимания. Первое сомнение в понимании уже означает некоторое понимание.

В. Можно ли думать об отождествлении как об отрицательном состоянии, которое может быть вызвано только отрицательными эмоциями?

О. Нет, не совсем так. Отождествление является необходимым элементом в каждой отрицательной эмоции; вы не можете иметь отрицательной эмоции без отождествления. Поэтому изучение отождествления и борьба против него является очень могущественным оружием в борьбе с отрицательными эмоциями. Иногда вы не можете бороться с отрицательной эмоцией непосредственно, но, путем попытки неотождествления вы уменьшаете ее силу, ибо вся сила отрицательных эмоций лежит в отождествлении и воображении. Поэтому, когда вы отделяете отождествление и воображение, отрицательная эмоция практически исчезает или в какой-то мере изменяется.

В. Таким образом, чтобы бороться против самих отрицательных эмоций, мы должны больше наблюдать и работать против сильного отождествления с эмоцией?

О. Да. Позднее мы будем говорить о методах борьбы с самими отрицательными эмоциями, так как имеется много весьма определенных методов, различных для различных эмоций; но сначала вы должны бороться с отрицательным воображением и отождествлением. Этого совершенно достаточно, чтобы разрушить многие из обычных отрицательных эмоций, во всяком случае, сделать их более слабыми. Вы должны начать с этого, так как начинать применение более сильных методов возможно только тогда, когда вы можете бороться с отождествлением до некоторой степени и когда уже остановили отрицательное воображение. Оно должно быть остановлено полностью. Бесполезно изучать дальнейшие методы до тех пор, пока это не сделано. Отрицательное воображение вы можете остановить; и даже изучение отождествления уже будет

уменьшать его. Вы должны как можно чаще избегать отождествления, не только по отношению к отрицательным эмоциям, но и по отношению ко всему. Если вы создали в себе способность неотождествления, это будет воздействовать на эти эмоции, и вы заметите, что они начнут исчезать. Отождествление является атмосферой, в которой живут отрицательные эмоции, и они не могут жить без него.

В. Существуют ли некоторые правила или руководства, которых следует придерживаться в обычных условиях жизни?

О. Пытайтесь помнить себя, пытайтесь не отождествляться. Это немедленно создаст эффект в обычной жизни. Из чего состоит жизнь? Из отрицательных эмоций, отождествления, учитывания, лжи, сна. Первый вопрос: как вспомнить себя, как быть более сознающим? И тогда вы найдете, что отрицательные эмоции являются одним из главных факторов, которые делают нас неспособными вспоминать себя. Поэтому одно не может развиваться без другого. Вы не можете бороться с отрицательными эмоциями без воспоминания себя больше и больше, и вы не можете вспоминать себя больше и больше без борьбы с отрицательными эмоциями. Если вы помните эти две вещи, вы все поймете лучше. Постарайтесь хранить в уме эти две связанные между собой идеи.

В. Однажды у меня возникло некоторое затруднение, из-за которого я очень беспокоился. Я старался помнить себя и за короткое время достиг состояния, в котором более не было беспокойства, и в то же время поменялась моя система ценностей. Это состояние длилось недолго, но и после этого затруднение мое уже не имело былого значения. Это состояние мне очень трудно вернуть вновь.

О. Совершенно правильно. Продолжайте наблюдать, и вы обнаружите в себе место, где вы спокойны, тихи и ничто не может помешать вам; только трудно найти туда путь. Но если вы сделаете это несколько раз, вы будете способны вспомнить некоторые из ступеней и сможете прийти туда снова по тем же ступеням. Только после одного опыта это сделать невозможно, потому что вы не вспомните путь. Это тихое место не является метафорой — оно весьма реально.

В. Не является ли это состоянием самовоспоминания, так как все кажется мирным и единственной реальностью является, по-видимому, осознание себя?

О. Да, можно сказать и так.

В. Я пытался снова достичь его, вспоминая себя, но не смог.

О. Если вы снова окажетесь там, попытайтесь вспомнить, как вы пришли туда, так как иногда случается, что человек находит это место, но теряет путь к нему; затем снова находит его и снова теряет путь. Очень трудно вспомнить путь к этому месту.

 
<<<   Глава IV.   Глава VI.   >>>

Вход






Забыли пароль?

Поддержка проекта


Спасибо!!

Гурджиев.ру