Любая библиотека всегда излучает то, что стоит за хранимыми в ней артефактами и служит местом для встреч тех, кто стремится к осознанию сокровенной сути вещей и явлений.

Главная arrow Книги Гурджиева arrow Всё и вся. Рассказы Вельзевула своему внуку arrow Глава 48. От автора
Глава 48. От автора

После шестилетней работы с беспощадным к самому себе отношением и почти всегда с напряженным мышлением, вчера наконец я кончил изложение на бумаге, на этот раз, по-моему, уже в общедоступной форме, первую серию книг из числа трех серий мною задуманных и тогда же начатых — тех именно трех серий, совокупностью развиваемых идей в которых мною было предрешено осуществить сначала теоретически три поставленные себе задачи, а именно: через посредство первой серии добиться уничтожения в людях всего того, что по их ложным представлениям якобы существует в действительности, иначе говоря, «беспощадно-вытравить-весь-веками-накопившийся-в-человеческом-мышлении-хлам», через вторую серию подготовить, так сказать, «новый-строительный-материал», и через третью — «воздвигнуть-новый-Мир», а потом осуществить — тоже мною уже предполагаемым способом — практически.

Закончив эту первую серию книг, я теперь, следуя еще издавна на Земле установившемуся обыкновению — непременно заканчивать такой большой, как говорят, «труд» тем самым, что одними называется «Эпилог», другими — «Послесловие», третьими — «От автора» и т.д., хочу для нее написать тоже что-либо в этом роде.

В целях этого сегодня утром я очень внимательно прочел написанную мною шесть лет тому назад первую главу «Предупреждение», под наименованием «Бужение мысли», для того чтобы из нее взять соответствующие идеи для соответствующего, так сказать, «логического-слития» такого начала с этим мною задуманным теперь написать концом.

Во время чтения этой шесть лет тому назад написанной мною главы, кстати сказать, кажущейся мне по моему теперешнему ощущению написанной очень и очень давно, каковое ощущение в моем общем наличии в настоящее время имеется, очевидно, вследствие того, что за это время мне пришлось проосмыслить и даже, как можно было бы сказать, «пережить» весь требуемый соответствующий материал для восьми толстых томов, — ведь не напрасно в отрасли настоящей науки под наименованием «законы-ассоциации-человеческого-мышления», дошедшей от очень древних времен и делающейся известной только некоторым из современных людей, говорится: «ощущение-течения-време-ни-прямо-пропорционально-количеству-и-качеству-протекаемых-мыслей», — и вот, во время чтения той именно самой главы, которая была мною, как я сказал, всесторонне проосмыслена и пережита под воздействием почти исключительно собственно-волевого-самоиздевательства, написанной тогда, когда вся функционизация всего моего целого, порождающая то самое в человеке, что именуется «мочь-проявляться-по-собственной-инициативе», была совершенно дисгармонирована, т.е. когда я был совсем еще больным, благодаря незадолго перед этим происшедшему со мною несчастью, заключавшемуся в «налете-с-треском» вместе с автомобилем на полном ходу на дерево, стоявшее в безмолвии на исторической дороге между столицей мира — Парижем и Фонтенбло, как бы в качестве наблюдателя и табельщика прохождения веков в несуразном темпе, именно в «налете», долженствовавшем явиться по всякому здравому человеческому пониманию концом моей предшествовавшей жизни, — тогда во мне возникло вполне определенное решение.

Вспоминая тогдашнее во время писания этой первой главы мое состояние, я вследствие присущей мне одной еще и такой маленькой слабости, которая заключается в том, что я внутренне всегда испытываю наслаждение, когда я вижу появление на лицах почтенных современных так называемых «представителей-точной-науки» очень специфической только им свойственной улыбки, не могу здесь не добавить еще и то, что хотя тогда после происшедшего со мною несчастья мое тело было настолько, как говорится, «помято-и-все-в-нем-перетасовано», что оно в течение долгих месяцев представляло из себя часть той общей картины, которую можно было бы охарактеризовать словами — «кусок-живого-мяса-в-чистой-постели», но мой до этого правильно дисциплинированный, то самое, что принято называть «дух», и при таком физическом состоянии моего тела не был ни чуть депрессирован, как это должно было бы быть по их понятиям, даже наоборот, еще больше увеличилась его мощь от возросшего в нем возбуждения, возникшего за последнее время перед этим несчастьем, благодаря моим участившимся разочарованиям в людях, особенно в людях, посвятивших себя, как они говорят, «науке», и так же из-за разочарования в имевшихся во мне до этого тех идеалах, которые постепенно оформились в моем общем наличии, главным образом, благодаря внедренной в меня еще в детстве заповеди, утверждающей, что «самой-высшей-целью-и-смыслом-человеческой-жизни-является-стремление-достигнуть-благополучие-ближнего» и что это возможно исключительно только сознательным отказом от своего собственного.

Итак, после того, как я внимательно прочитал эту, в сказанных условиях написанную мною, начальную главу первой серии, благодаря чему по ассоциации в моей памяти оживились тексты множества последующих глав, долженствующие, по моему, убеждению произвести в сознании читателей необычайные впечатления, так называемые «всегда-порождающие-субстанциональные-результаты» — «Я», т.е. на этот раз то главенствующее в моем общем наличии «нечто», которое в этот именно момент и представляет из себя итог результатов, получившихся от скристаллизовавшихся в период моей протекшей жизни данных, порождающих в человеке, вообще поставившему себе целью стать в процессе своего ответственного существования, так сказать, «активно-беспристрастно-мыслящим», между прочим, способность проникать и понимать психику разнотипных людей и под влиянием одновременно возникшего во мне импульса, именующегося «Себеподоболюбие», решил в ее заключение ничего нового отвечающего цели этой первой серии не писать, а ограничиться приложением первой лекции из числа в большом количестве имеющихся у меня публично читанных в период существования основанного мною учреждения под наименованием «Институт Гармонического Развития Человека».

Это учреждение, кстати сказать, ныне уже более не существует, и я нахожу нужным и уместным, главным образом в целях успокоения некоторых «типов» из разных государств, сделать уже категорическое заявление, что это учреждение мною ликвидировано окончательно и навсегда.

На такую ликвидацию этого учреждения и всего налаженного и тщательно подготовленного для открытия в наступающем году восемнадцати отделений в разных государствах, словом, всего созданного до этого мною почти с нечеловеческим трудом, я вынужден был решиться с невыразимым импульсом скорби и уныния главным образом потому, что вскоре после описанного происшедшего со мною несчастья, именно спустя три месяца, когда во мне более или менее восстановилась функционизация обычного моего мышления, оставаясь в то же время телом еще совсем немощным, я сообразил, что продолжение существования этого учреждения из-за отсутствия возле меня настоящих людей и невозможности без меня добывать требовавшиеся для этого большие материальные средства, неминуемо приведет к такой катастрофе, результатом которой явится, между прочим, как для меня на старости лет, так и для множества других, всецело зависящих от меня, так сказать, «полуголодное-прозябание».

Лекция, которую я хочу приложить в заключение данной первой серии, в период существования упомянутого учреждения неоднократно читалась публично моими так называвшимися тогда «учениками-первого-ранга», некоторые из которых, кстати сказать, впоследствии, к моему личному искреннему сожалению, оказались имеющими в своей сущности предрасположение для быстрого перетрансформирования их психики в психику так называемого «Хаснамуса», проявившуюся и ставшую вполне видимой и ясно ощутимой для всех более или менее нормальных окружающих тем, что в момент неизбежного кризиса всего до этого мною осуществленного, вызванного упомянутым несчастьем, они, как говорится, «дрожа-за-свою-шкуру», т.е. опасаясь потерять свое личное благополучие, кстати сказать, мною же для них созданное, отреклись от общего дела и с поджатым хвостом забравшись в свои конуры и пользуясь упавшими крохами с моего, так сказать, «идейного-стола», открыли свои, как бы я сказал, «шахер-махерские-лавочки-мастерские» и с чувством тайной, а может быть радостной, надежды на скорое полное избавление от моего бдительного контроля, стали из разных несчастных наивных людей фабриковать «клиентов-в-дома-для-умалишенных».

Я прилагаю именно эту лекцию потому, что, во-первых, с самого начала распространения проводимых мною в жизнь идей она здесь, на Европе, была намеренно скомбинирована так, чтобы служить введением или как бы преддверием для следовавшей за нею целой серии лекций, всей совокупностью которых только и возможно было в общедоступной форме осветить необходимость, и даже неизбежность, практического осуществления мною выясненных и установленных, в течение полувековой денно и нощно активной работы, незыблемых истин и доказать действительную возможность использовать их на благо людей; а во-вторых еще и потому, что во время последнего публичного чтения этой лекции я, случайно присутствуя на этом многолюдном собрании, сделал такое именно добавление, которое, вполне соответствуя скрытой мысли, вложенной самим господином Вельзевулом в своем, так сказать, «заключительном-аккорде», в то же время еще раз освещая такую превеличайшую объективную истину, по-моему, даст возможность читателю надлежаще воспринять и усвоить эту истину, как подобает существу, претендующему быть «богоподобным».

 
<<<   Глава 47. Закономерный результат беспристрастного мышления   Лекция первая. Закономерная разность проявляемости человеческой индивидуальности   >>>

Вход






Забыли пароль?

Поддержка проекта


Спасибо!!

Гурджиев.ру