Гурджиев . ру

Сейчас, в сороковую годовщину со дня смерти Гурджиева, я снова задумался над словами мадам де Зальцманн о том, что если мы не умираем преднамеренно, мы не можем жить преднамеренно. Что это значит? Что еще важнее: как жить в соответствии с этими словами? Едва ли их можно рационально понять или проанализировать. Кроме того, через опыт умирания нужно проходить в тихой работе.

Мадам де Зальцманн серьезно больна, и на Мишеля и Жозе свалилась гора забот. Мадам де Дампьер сказала, что сейчас не время для личных встреч. Видимо, мадам де Зальцманн не может говорить. После нашей прошлогодней встречи в декабре в Нью-Йорке я был почти уверен, что занятий с мадам де Зальцманн у меня больше не будет. Мне ясно запомнилось, как она машет мне на прощание, просит вскоре приехать и увидеться с ней, указывает на свою голову и говорит, что она многим хотела бы со мной поделиться.

Мадам де Дампьер сказала мне: «Очень немногие, может, всего два или три человека, полностью восприняли то, что пыталась донести мадам де Зальцманн, и мало кто понимает, какой это труд. Для меня единственная причина, по которой я не бросаю внутреннюю работу, – сознание того факта, что я делаю недостаточно, что этого все еще мало. Нужно продолжать бороться с телом, ограничивать его, поститься и так далее». Потом она добавила: «Несомненно, мадам де Зальцманн отдала вам очень много сил. Когда вы приехали в самый первый раз, она просила меня уделить вам особое внимание».

После смерти мадам де Зальцманн я долго переживал горечь утраты и был безучастен ко всему, словно умерла моя возлюбленная. Потом я ощутил сильную потребность упорядочить те факты, которые усвоил из ее наставлений, – в том смысле, в каком она говорила: «То, что вы знаете на опыте, – это факт».

Возможно отчасти из-за того, что мои корни в Индии – а в индийской культуре общение с живым учителем и его наставления считаются гораздо более важными, чем любая книга, установление или доктрина, – для меня сущность Работы более всего воплощена в личности мадам де Зальцманн и в куда меньшей степени – в какой-либо из идей или практик. Сам Гурджиев олицетворял сущность Работы для тех, для кого он был учителем. Несмотря на общественную направленность всеохватной, выдающейся системы идей, музыки священных танцев, связанных с учением Гурджиева, Работа – это в основе своей эзотерическая и устная традиция. Основное учение передается от учителя ученику. Смысл и практика Работы при непосредственном общении передаются от тех, кто ясно все понимает и испытывает сострадание к людям, тем, кто желает осознать возможности человека и его ответственность.